«Незабудки»
Майя Ковешникова



Диплом II степени в номинации «Искусствоведение» в Международном конкурсе молодежного и детского творчества «Сюжетно-тематический натюрморт» - 2016.



Бартеева Александра, 14 лет

Преподаватель Боровых И.В.

ДХШ № 19

А давайте…взглянем на картину. На прохладный, спокойный натюрморт, незамысловатый на первый взгляд, а уже на второй – привычный какой-то, почти родной. Ведь кто из нас не видел таких домов? Где-нибудь, прямо рядом с нами, на одной траве, стоит и прячется на самом видном месте маленький преклонный во всех смыслах домишко со ставнями на окнах да перекошенным от времени крыльцом. Стоит, провожает поколения морщинистым взглядом, улыбается будущему, которое уж вряд ли застанет (а может, и страшится его). С годами домик клонится всё ниже к земле-матушке, однако никем не убирается – быть может, из-за лени, а может даже как своеобразная дань уходящей России.

Внутри этого дома старенькая кухня. Кухонька, вообще-то, самая обычная – сквозь пыльные окна с тряпицами-занавесками рассеивается по ней тусклый тёплый свет. Голубая краска за десятилетия устала держаться за стены и потихоньку бунтует, слезает с них, обнажая сухое дерево. Пахнет в доме, наверное, этим самым деревом. Или полем. Или яблоками.

Убранство вечное и простое. Войдёшь – и тебя встретит обеденный стол. На нём погруженная в полуденную негу разлеглась бледно-розовая скатерть. Рядом со столом незамысловато стоит стул, на его спинке висит тёмная одежда, оба – под рассеянными лучами света с улицы. Замечаешь, что скатерть на столе держится за прозрачную банку-вазочку, полную незабудок.

Незабудки – нежные, хрупкие цветы. Во многих земных языках они просят только одного: не забывать их. Вот так растут себе дружно, по несколько соцветий на одной ветке, и, будто бы даже улыбаясь, говорят: «Не забывай». А ты, вроде, и не хочешь ничего забывать. Посмотришь и пройдёшь мимо. Может, сорвёшь веточку.

И всё это так ладно, так органично вместе – краска, стул с одеждой, спящая на столе скатерть, занавески – никто друг с другом не спорит, а всё вместе – одна кухня. Только портрет да календарь на стене как-то выделяются. Уж и не различить, за какой год календарь, видно только спокойное лицо Гагарина. Космическому первопроходцу без слов и цифр удаётся объяснить, в какое время календарь выполнял свои обязанности.

На фотографии на стене изображены трое. Похожи друг на друга – мужчины в военной форме, мальчик в матроске, глядят, чуть нахмуря брови. Есть чему хмурить. В то время, когда были сделаны фотографии, им некого было обманывать, натягивая на лицо улыбку.

Вся кухня, каждый предмет её интерьера, он «здесь и сейчас», а люди с фотографий на стене, они – «там и тогда». Краска, скатерть, занавески – всё в цвете, но только не портреты. Стол, стул, стены – всё живое, а те люди…не можешь знать. Мало кто может. Есть, тем не менее, кое-что, что объединяет, роднит убранство кухни с изображениями людей на стене, с самими людьми. Каждая деревяшка и тряпица имеет свой срок, равно как и человек. Десять лет, пятьдесят, у человека – семьдесят, может, девяносто или даже сто.

Любой срок легко прервёт другой человек, которому прикажут, который придёт с войной в твой дом. Эти люди с фотографий – участники Великой войны. Войны, которая разделила жизнь огромной страны надвое, сделав их жизнь и жизнь почти двадцати семи миллионов других людей назначенной ценой за Победу. Они смотрят, хмурят брови, говоря, что им необходимо сражаться против врагов, для которых ценность жизни не выше разменной монеты. Сражаться, защищая тех, для кого ценнее жизни нет ничего. Среди всего незатейливого натюрморта, что перед нами, фотографии в раме горят сепией. Только они врежутся в память острым колышком. «Не забывай», - шепчут незабудки.